БАРАНОВ Валерий, генерал-полковник. Сидевший справа от Кадырова

БАРАНОВ Валерий Петрович родился 16 ноября 1948 года в Оренбургской области. Окончил Казанское Высшее Танковое Командное Краснознамённое Училище имени Президиума Верховного Совета Татарской АССР, Военную академию бронетанковых войск, Военную академию Генерального Штаба ВС СССР.

Последовательно командовал танковыми взводом, ротой, полком, дивизией, армейским корпусом в Забайкальском военном округе. Прошел ряд должностей в Московском военном округе, был заместителем командующего войсками Северо-Кавказского военного округа МО РФ. В настоящее время - заместитель главнокомандующего внутренними войсками Министерства внутренних дел Российской Федерации по военно-научной работе. Исполнял обязанности первого заместителя главнокомандующего внутренними войсками МВД России.

9 мая 2004 года в результате теракта на стадионе «Динамо» в Грозном получил тяжелое ранение, но после реабилитации остался в строю. Воинское звание «генерал-полковник» присвоено Указом Президента РФ в 2001 г. Генерал-полковник Валерий Баранов награжден орденами «За службу Родине в ВС СССР» III степени, «За военные заслуги», медалями.

  ПОЧЕМУ ТАНКИ НЕ ЛЕТАЮТ

Российская газета | Валерий Петрович, офицером вы стали ровно 35 лет назад. Помните тот день?

Валерий Баранов | Такое не забывается. Свое первое офицерское звание я получил 24 июля 1970 года. Окончил Казанское высшее танковое командное училище, диплом об окончании мне вручал начальник училища - Герой Советского Союза Иван Григорьевич Кобяков.

РГ | А из тех, с кем вы стояли на плацу в Казани, многие еще служат?

Баранов | Из моего взвода в армии не осталось никого, все уволились. Но хочу уточнить: для того, чтобы моим однокурсникам сегодня продолжать службу, надо быть в звании не ниже генерал-полковника. Ведь в армии есть возрастные ограничения. Тем не менее основная масса офицеров, с которыми я выпускался в 1970-м, прослужили 20 и более лет, лишь один уволился через пять лет. А это высокий показатель преданности профессии.

ДОСЬЕ "РГ"

Валерий Баранов - танкист по специальности. Начинал с командования разведывательным взводом плавающих танков ПТ-76 в Группе советских войск в Германии. Жизнь изрядно побросала его по гарнизонам - от Украины до Монголии, откуда в 1989-м генерал выводил дивизию в Забайкалье. Но служил честно: за все время не перескочил ни через одну ступеньку. Хотя три звания - старшего лейтенанта, майора и подполковника - получил досрочно.

РГ | Почему вы стали танкистом, а, скажем, не космонавтом?

Баранов | Вы правы, у меня, как и у всех мальчишек тех лет, а это начало 60-х, кумиром был Юрий Гагарин. Он заканчивал авиационное училище у нас, в Оренбурге. Но в летное училище я не прошел по зрению. Тогда отнес документы в танковое...

Потом не жалел ни разу. Ведь танки - это ударная и огневая мощь сухопутных войск, и танкисты у нас считались своеобразной элитой. Вообще, в те годы очень серьезно относились к профессии, нас ведь обучали фронтовики. Перед отпуском на отделение давался танк. За неделю его полностью разбирали, за вторую собирали. Если хоть какие-то неполадки - никакого отпуска. Зато технику знали досконально. Меня хоть сейчас спросите основные регулировки и характеристики танков Т-62, Т-64, отвечу не задумываясь. Это - на всю жизнь. Я до сих пор храню свои записные книжки командира взвода.

РГ | Насколько мне известно, у вас двое детей. Не секрет, кем работает сын генерал-полковника Российской армии?

Баранов | Он - инженер-компьютерщик, трудится в обычном госучреждении.

С Кадыровым можно было спорить

РГ | Несколько лет назад журналисты вас, тогда еще командующего Объединенной группировкой, спросили, когда, по-вашему, закончится война в Чечне. Вы ответили, что Чечня больна ваххабизмом и с этой идеологией нельзя бороться лишь силой оружия. Сегодня эта болезнь в каком состоянии?

Баранов | Ее пик, мне кажется, миновал. Теперь корни решения существующих проблем лежат в сфере экономики. И одна из главных задач - занять молодежь. Если негде работать, нечем заняться в свободное время, то в горячие юные головы могут приходить разные мысли...

В мои задачи, как командующего группировкой, входило обеспечение гражданского населения газом, электричеством, водой, организация медицинского и пенсионного обеспечения. Все-таки много хорошего было сделано. Ни одна ЛЭП не была восстановлена, пока мы не выделяли необходимые силы и средства. Ни один учебник ни в одну школу не был завезен кем-то, кроме нас. При этом солдаты и офицеры жизнью рисковали. Например, как-то в Киров-Юрт везли учебную литературу, выделенную московским правительством, было нападение, погибли двое наших военнослужащих.

РГ | Есть стереотип, что боевики, мол, лучше воюют, потому что они на своей земле и убеждены в правоте. Согласны?

Баранов | За все время, что я провел в Чечне, мы уничтожали наемников из 52-х (!) стран мира. Это - профессионалы в военных вопросах, в диверсионной работе, очень неплохо финансируются. Многие прошли через спецслужбы разных стран. Возьмите известного Абу-Валида. До 1996 года он был капитаном одной из спецслужб, окончил военную академию. Хаттаб тоже не с базара появился, да и остальные. Потому резонно перевести вопрос из плоскости убеждений в плоскость проблем внешнего воздействия на нашу территорию.

РГ | Фигура Ахмата Кадырова до сих пор вызывает в российском обществе неоднозначные оценки. Вы его знали лично. Наверное, масштаб личности в полном объеме оценят лишь наши потомки. Но что-то, вероятно, о нем можно сказать уже сейчас?

Баранов | С Ахмат-Хаджи я был знаком с момента его назначения на должность главы чеченской администрации и действительно знаю его очень хорошо. Почему к нему неоднозначное отношение? А иначе и быть не могло, он жил в республике, где нейтральных нет. Так или иначе, но нужно примыкать к одной из сторон. На определенном этапе Ахмат-Хаджи понял, что он с теми, кто идет по пути уничтожения чеченского народа. И нашел в себе силы признать свою ошибку и начать с ними борьбу. Он остался в моей памяти как прямой, жесткий и в профессиональном плане очень подготовленный человек. Как религиозный деятель, он прекрасно знал историю ислама, умел спорить и отстоять свою точку зрения.

РГ | А что, с ним можно было спорить?

Баранов | Да. Более того, я не раз был свидетелем, когда он менял свою точку зрения. Когда, например, понимал, что интересы отдельных людей или групп не соответствуют интересам всей республики.

КАК ЭТО БЫЛО

...Если бы 9 мая 2004 года президент Чечни послушал генерала Баранова, то их судьбы могли бы сложиться иначе. В тот день они должны были присутствовать на нескольких мероприятиях. После торжеств на стадионе в Грозном в плане стояла поездка в 46-ю бригаду для награждения отличившихся военнослужащих. Парад на стадионе закончился в пол-одиннадцатого, начался концерт. Баранов и Кадыров сидели рядом. Генерал предложил: "Ахмат-Хаджи, люди смотрят концерт, никто не обратит на нас внимания, так что давайте потихоньку уходить". Президент Чечни согласился: "Конечно, Валерий Петрович, только мне песня в исполнении этой артистки очень нравится. Давайте еще одну ее песню послушаем и пойдем".

Когда артистка запела второй куплет, раздался взрыв.

Баранов | Я сначала подумал, из огнемета пальнули. Сразу после взрыва меня отбросило в сторону, но я тут же попытался встать. Оперся на левую ногу и от боли потерял сознание. Очнулся уже в "Волге" - по пути в медсанбат. А в целом - все помню, большую часть времени был при памяти. К слову, я ведь не курю, но незадолго до взрыва вдруг возникло желание отойти в сторонку, покурить...

РГ | Как сейчас думаете, тот взрыв можно было предотвратить?

Баранов | Если только на раннем этапе. На наших строительных объектах всегда стоит охрана. С охраной нужно было реконструировать и стадион, ведь взрывчатку заложили заранее. А непосредственно перед праздником ее обнаружить было уже сложно - металлоискатели ничего не определили. У нас были включены подавители радиосигналов, но бомбу подорвали по проводам...

К НОВОМУ ГОДУ БЕЗ ТРОСТИ

РГ | Говорят, чтобы восстановится после операции, вы каждый день проплываете в бассейне километр за 40 минут.

Баранов | Сначала - за 50, теперь - за 45 минут. Могу и за 40, но мне не результат нужен, а физическая нагрузка. Мне же 56. До ранения занимался большим теннисом и плаванием. Сейчас, разумеется, с теннисом пришлось расстаться, а плавать продолжаю. И планирую к Новому году избавиться от трости. Проблема ведь в чем? Осколок прошел ногу, раздробил тазобедренный сустав и вышел через спину, срезав четыре отростка на позвоночнике. Крайнюю операцию мне делали в Германии, там полностью разобрали тазобедренный сустав, поставили искусственный. После нескольких операций там все изрезано, теперь надо, чтобы мускулатура пришла в норму.

РГ | Российским хирургам не доверились?

Баранов | У нас прекрасные специалисты, но дело вот в чем. Подобные операции наши делают с 1996 года, а немцы занимаются этим почти на 25 лет больше - с 1972 года. Мой случай - достаточно сложный, культя от ноги всего 11 сантиметров плюс повреждение позвоночника. Потому врачи провели большой консилиум и пришли к выводу: надо лететь в Германию.

Через три дня после прилета меня оперировали. Могли и на следующий день, но оказалось, что у меня после всех переливаний сложная кровь. Вынуждены были в Баден-Бадене заказать 3 литра крови. Оперировал меня профессор Телеманн из клиники Фрайбургского университета, у которого на счету более 8 тысяч операций на суставах.

РГ | Он знал, что вы - российский генерал?

Баранов | Конечно.

ДОСЬЕ "РГ"

Военным историкам известны примеры возвращения в боевой строй офицеров, лишившихся ног. Самый яркий - наш Алексей Маресьев. В Германии во время войны был летчик без ног, входил в десятку лучших асов люфтваффе. На послевоенных Олимпийских играх он взял "бронзу" по скоростному спуску на горных лыжах. В Сирии три года назад уволился министр обороны, бывший летчик, тоже служил без ног. А сегодня министр обороны Армении имеет такую же травму, как и генерал-полковник В.П. Баранов.

Я - НЕ МАРЕСЬЕВ. Я – БАРАНОВ

РГ | Судя по недавнему телесюжету из Кремля, когда Путин назвал вас гордостью нации, у многих сложилось впечатление, что вы лично знакомы...

Баранов | Будучи командующим объединенной группировкой, я дважды встречал президента в Чечне, был на приемах и совещаниях в Кремле, на заседаниях Совета безопасности. Не знаю, можно ли назвать это личным знакомством. Но точно знаю, какой уровень ответственности у меня перед своим Верховным главнокомандующим.

РГ | Он вас навещал в госпитале?

Баранов | На следующий день после ранения, в медсанбате 46-й бригады, в Грозном. Утром прилетел и сразу навестил.

РГ | Я слышал, вы не любите, когда вас сравнивают с Алексеем Маресьевым...

Баранов | Я никогда не говорил, что не люблю подобных аналогий. Я глубоко уважаю Маресьева, мы с ним не раз встречались. Но даже сравнивать себя с ним не могу. Потому что преклоняюсь перед ним.

У каждого - своя судьба. Я - не Маресьев. Я - Баранов.

«Российская газета»

Последнее обновление: 11 сентября 2012, 15:59
Copyright © 2003-2017
Обнаружили ошибку? Выделите слово или предложение и нажмите CTRL+ENTER
Яндекс цитирования