АКЧУРИН Ренат: Врач - это, прежде всего, сострадалец

        
Имя этого человека хорошо известно, наверное, каждому россиянину. И не только. Одна из улиц острова Маврикий, например, называется "Авеню профессора Рената Акчурина".
Ему вверяли свои жизни тысячи людей. Среди его пациентов были и первые лица государства, начиная от российского президента Бориса Ельцина, и совсем простые люди. Ренат Сулейманович Акчурин - в ряду легендарных личностей России. Хирург-виртуоз, авторитетнейший ученый, доктор наук и профессор, лауреат Государственных премий СССР и Российской Федерации. Он известен в России и за рубежом как ученый и специалист, развивший уникальные направления в восстановительной, сосудистой и кардиохирургии. Высокую активность в больнице (6-8 операций в неделю на открытом сердце) он успешно сочетает с преподавательской и научной деятельностью.
Несмотря на столь внушительные регалии, безумную занятость и чудовищную усталость, он остается человеком мягким, внимательным, спокойным и открытым, и с очень добрыми глазами.
 
           
Тоска по Узбекистану
           
- Вы родились в семье учителей - Сулеймана Сафиевича и Тазкиры Киямовны Акчуриных. Почему Вы стали врачом, что повлияло на выбор профессии?
 
- На меня повлияли интересные вещи, которые стали появляться в середине 1950-х годов - это развитие кибернетики, работы физиолога В.В.Парина. Очень много в печати тогда выступал академик Н.М.Амосов, который занимался кибернетикой и хирургией. В те годы впервые заговорили о бионике, и я стал сильно интересоваться этой отраслью современной науки. А родители только поощряли мое увлечение. Они понимали, что я занимаюсь нормальными вещами, которые не вредят ни мне, ни другим, и никогда не препятствовали. Были умными родителями, в отличие от меня, я же провел большую часть жизни с больными - в клиниках, больницах. А вот они были настоящими педагогами, наблюдали за нами со стороны. Родители, конечно, могли бы, если хотели, внедрить что-то свое в мою голову, но рассуждали так: не будем мешать, если он на правильном пути. Это очень важная штука. Мне кажется, такую идеологию надо перенимать.
 
- Кто из родителей был более строгим, пользовался большим авторитетом?
 
- Они оба меня любили, я их не боялся. Никогда не садился им на шею, что очень важно, а ведь такие детишки есть, по ним сразу видно - такие плаксы и зануды. Родители мне всегда помогали, но делали это незаметно. В детстве у меня не было особых забот, связанных с домом, но если меня просили что-то сделать, я всегда все выполнял. Главным звеном в семье была, конечно, мама, хотя слово отца являлось авторитетом. Такую семью нужно суметь создать и, главное, сберечь.
 
- Младшие дети в семье бывают несколько избалованными. С Вами этого не случилось?
 
- Избалованным я не был. В детстве много времени проводил с друзьями во дворе, потом школа, институт. У меня были свои определенные понятия о дружбе, полученные, наверное, не без помощи Джека Лондона и Марка Твена.
 
- Как складывались отношения со старшими братом и сестрой?
 
- Отношения были очень хорошие. Брат для меня до сих пор является высочайшим авторитетом, он мой старший товарищ. А над сестрой, хотя она меня и старше на восемь лет, я, конечно, подшучивал. Мне не очень нравились некоторые ее ухажеры, которые периодически приходили к нам домой с цветами. А сестра была сестра (!) - красивая, симпатичная. Поэтому я всегда критически оценивал всех ее поклонников. Целое дело, в общем.
 
- Вы родились в узбекском городе Андижан, из которого уехали в 1968 году. Скучаете по Узбекистану?
 
- Скучаю все время. Очень красивая, сильная, богатая страна, населенная людьми с высокими культурными и моральными традициями. Все, что там происходило в период с конца 80-х - начала 90-х годов - попустительство властей. То, что случилось в Карабахе и Узбекистане, просто людской глупостью не назовешь. Это организованное мероприятие, кто-то откровенно занимался выживанием так называемых европейцев из Узбекистана. Причем начали с самых, я бы сказал, преданных Узбекистану людей, с армян. Они еще в позапрошлом столетии бежали от турецкого владычества и выбрали для себя наиболее подходящий климат и место, где могли бы жить и трудиться так же, как в Турции. Узбекистан для этого подходил более, чем какая-либо другая страна. Врастать корнями на его земле они начали с 1880-90 гг. Странно, что первые погромы начались именно с них, превратившись в аналог резни в Турции. Поэтому я и думаю, что это была организованная акция, работа каких-то экстремистских организаций. Но это мое мнение, и оно может расходиться с официальным. Если помните, Рафик Нишанович Нишанов (примеч. от автора: Р.Н.Нишанов - первый секретарь ЦК КП Узбекистана) вообще говорил, что это из-за клубники был спор.
 
- Часто туда ездите?
 
- Раз в 2-3 года. Люблю видеть улучшения в Узбекистане, а ухудшения меня сильно огорчают.
 
- У Вас остались в республике родственники, одноклассники?
 
- В Андижане у меня живет двоюродная сестра, есть родственники в Ташкенте. А одноклассники практически все переехали в Россию.
 
В 1964 году Ренат Сулейманович Акчурин поступил в андижанский медицинский институт, через четыре года перевелся в I Московский медицинский институт имени И.М.Сеченова. В 1970 году в составе студенческого медицинского отряда участвовал в ликвидации последствий землетрясения в Перу. После окончания вуза работал участковым врачом-терапевтом, а потом врачом-травматологом в Реутовской городской больнице Москвы и травматологом в балашихинской районной больнице.
В 1973 году был зачислен в клиническую ординатуру по хирургии Всесоюзного научно-исследовательского института клинической и экспериментальной хирургии Минздрава СССР под руководством академика Б.Петровского.
В 1982 году удостоен Государственной премии СССР за достижения в области травматологической хирургии. В 1984 году стал специализироваться в области кардиохирургии, был направлен на стажировку в клинику известного американского хирурга Майкла Дебейки. После стажировки Рената Акчурина назначили руководителем отдела сердечно-сосудистой хирургии Института клинической кардиологии имени А.Л.Мясникова Российского кардиологического научно-производственного центра РАМН, где он работает и сейчас.
В 2001 году стал лауреатом Государственной Премии РФ за разработку комбинированных операций у больных ишемической болезнью сердца и онкологическими заболеваниями.
В 2005 - лауреат Премии Правительства РФ за разработку, организацию производства и внедрение в медицинскую практику аппаратного вакуумного переносного комплекса для операций аортокоронарного шунтирования на работающем сердце "КОСМЕЯ".
 
У врача упорства должно быть немерено
 
- Ренат Сулейманович, какими качествами должен обладать молодой человек, решивший выбрать профессию врача?
 
- Все говорят, очень увесистой частью, расположенной пониже спины. То есть, усидчивостью. На самом деле, тому, кто захочет стать врачом, нужно, прежде всего, иметь терпение и желание этим заниматься, поскольку медицина - это чрезвычайно тяжелый труд. Работать необходимо на протяжении всей жизни, нужно постоянно совершенствоваться. Ты никогда не скажешь, что вот теперь я выучился и стал врачом, который может делать все. Так не бывает. Перед каждой серьезной операцией проверяешь себя, обновляешь знания в той или иной области медицины. Поэтому, прежде всего, необходимо спокойствие, желание и упорство в достижении цели. Упорства должно быть немерено.
 
- А жестким не нужно быть?
 
- Не думаю, врач - это, прежде всего, сострадалец. Он должен понимать, что больной просто так к нему не придет. Только, скажем, немного тронутые люди любят лечиться, и их чрезвычайно мало. Чаще всего пациент идет к врачу только когда ему плохо. И надо уметь ему сострадать.
 
- Вы работали участковым терапевтом, занимались травматологией, сейчас - кардиохирургия. Где Вам интереснее?
 
- Везде, ведь на каждом этапе ты чему-то учишься. Работая на участке, я научился человеческому общению. Одно дело - учебники, диалог с написанным, другое - пациенты, с которыми видишься каждый день, прослеживаешь их до выписки из больничного листка. Ты же подписываешь больничный и отвечаешь за то, что с человеком будет, в каком состоянии он выпишется. Я работал в обыкновенной районной больнице и поликлинике, где это четко в то время контролировалось заместителем главврача по врачебно-трудовой экспертизе. Не помню, чтобы у нас были какие-то аферы с неправомочно выписанными больничными листами. По крайней мере, в моей практике этого не случалось.
Там же я начал работать травматологом. Потом пошел учиться в ординатуру. И каждый этап был очень интересен по-своему. А переход в сердечно-сосудистую хирургию осуществился, когда я уже имел достаточно большой опыт работы в сосудистой хирургии. Я же работал с профессором В.С.Крыловым, это известный в нашей стране сосудистый хирург и основатель микрохирургии в СССР.
Хотя, самой интересной, такой разнообразной, была реплантационная хирургия. Мы пришивали руки, ноги, пальцы. Поэтому врачам, работающим в этой области медицины, нужно обладать знаниями в травматологии, хирургии сухожилий, нервных стволов, сосудов, вен. Все действия необходимо предпринимать незамедлительно и вместе с тем достаточно планово. Чтобы быстро помочь пострадавшему, в этой динамичной области должны работать спокойные и уравновешенные люди. Чтобы, как говорят, поспешать медленно.
 
- Подобные операции в нашей стране были впервые?
 
- Да, такие операции первые начали делать мы. За эту работу с группой врачей, во главе с профессором В.С.Крыловым, я получил Государственную премию СССР.
 
- А кем были Ваши первые пациенты в этой области?
 
- Рабочие люди. Например, один пациент отхватил полностью большой палец, отдельно привезли пострадавшего и отдельно палец. Это был солдат, которого дедовщина довела до такого состояния, что он отрубил себе топором руку. Это была девочка, которой медведь в детском саду откусил руку. Заведующая детским садом решила завести медведя, когда он вырос, стал здоровым половозрелым зверем трех лет, он отгрыз ребенку, поднесшему ему булку, руку. И мы девочке ее пришили. Это такая драматическая медицина. То, что сейчас американцы показывают по телевидению, одна десятая часть того, что бывает на самом деле.
 
- Вы имеете в виду сериал "Скорая помощь"?
 
- Да-да, где все с каталками бегают по коридорам. Это даже одна двадцатая часть того, что бывает в реальной скоропомощной медицине.
 
- Ренат Сулейманович, студентом Вы работали на ликвидации последствий землетрясения в Перу. Что было для Вас там самым страшным?
 
- Страшно было лезть в пропасть за пострадавшими. В одну из ночей со свадьбы ехали индейцы, человек пятнадцать. Они были в изрядном подпитии, видимо, водитель тоже, машина перевернулась и упала вниз. Мы обвязывались веревками и спускались за ними. Вот лезть за ними, ночью, было страшно. Но вытащили всех.
 
- Но Вам же приходилось в Перу делать операции при свечах, людям, лежащим на раскладушках.... Разве это не было страшно?
 
- Ну, это не страшно. Человек, как профессионал, всегда боится не того, что умеет делать, а привходящих обстоятельств, связанных с его работой. В данном случае пришлось рисковать своей жизнью. Страшно, когда ты спускаешься вниз и видишь колесо грузовика на ноге у человека, находящегося в шоке. Вот это страшно. А к своему делу уже привык: наложил жгут, обезболил, обескровил. Мы же были выпускниками медицинского вуза, хотя еще и без врачебной практики, но уже очень много знали. У нас был отдельный военный госпиталь, куда эвакуировали больных из разных регионов. Кстати, мы там делали очень интересные операции.
 
- Вы же со своей супругой Натальей Павловной там познакомились?
 
- По дороге туда. Она была из Второго Меда, а я из Первого.
 
- Не тяжело ли двум врачам жить под одной крышей?
 
- Мы редко видимся, поэтому не тяжело (улыбается). С точки зрения иностранцев, это вообще невозможный брак, потому что у обоих высокая ответственность. Но мы как-то сумели, адаптировались. Друг друга поддерживали всегда, что Наташа меня, что я ее.
 
- Как Вы думаете, наступит ли в нашей стране время, когда врачи, медперсонал будут жить в достатке?
 
- Это серьезный вопрос. Сейчас здравоохранение, хотя и очень медленно, но меняется к лучшему. Это фактическая вещь, я участвую в качестве консультанта в проекте высокотехнологической медицины и вижу, сколько центров в России открывается, наблюдаю за развитием нашего здравоохранения. Но, на мой взгляд, эта скорость перемен могла бы быть увеличена, если бы министерство здравоохранения оставалось министерством здравоохранения. Россия среди больших государств самая больная страна. Больная в смысле продолжительности жизни, высокой смертности, частоты заболеваний сердечно-сосудистой системы, алкоголизма. И поэтому говорить, что вот это хорошо, и будем ждать результатов, нет возможности. Мне кажется, сейчас самое время кричать караул по этому поводу. Потому что все бюджетные вопросы правительство решает чрезвычайно медленно, особенно в области здравоохранения. В хороших странах министерство здравоохранения является одним из самых богатых. Оно, под жестким контролем, конечно, имеет самое большое количество инвестиций и оперирует большими цифрами, чтобы добиться улучшения состояния здоровья населения. А мы вместо этого упрощаем то, что было выработано десятками лет в советской медицине. Причем подход-то в те годы был правильный - диспансеризация, наблюдение, начиная от младенцев и кончая престарелыми людьми. У нас были отделения ветеранов войны, ревматиков, туберкулезников, диабетиков. Сейчас этого всего нет, зато появилась практика общесемейного врача, который ничего ни в одной из областей не знает и знать не будет. Ну, может из сотни врачей с десяток стоящих наберется. Мы внесли в медицину энтропию, беспорядок. Чем больше беспорядка, тем хуже для пациента.
 
- У Вас тесные рабочие связи с Татарстаном…
 
- Да, с Татарстаном мы работаем давно. Делаем инструменты еще с советских времен. В Казани уникальный Медико-инструментальный завод, работающий, если говорить об уровне технологий, на уровне международных стандартов. Впервые в столицу Татарстана я приехал после института, мы тогда с профессором Крыловым начали сотрудничать с директором Медико-инструментального завода Вилем Хайдаровичем Сабитовым: привозили к нему наши идеи и воплощали их в инструментах. Создавали их по одному в течение десятков лет. В том числе с моим участием был создан прибор для реплантации, набор для гинекологической микрохирургии, нейрохирургии. Потом уже с директором Н.Х.Шакировым (один из самых уважаемых в России медицинских производителей) и его сотрудником - гением в разработке микроинструментов А.Г.Френкелем, сделали набор для коронарной хирургии. Он так и называется - "Набор Акчурина". Всегда сотрудничали с татарстанскими врачами, отправляя друг к другу больных. По просьбе Президента РТ М.Ш.Шаймиева, Министра здравоохранения Татарстана К.Ш.Зыятдинова я принимал участие в создании Межклинического диагностического центра в республике (курировал строительство Премьер-министр Республики Татарстан Р.Минниханов), наблюдал, как его достраивают на средства Татарстана. Получился очень хороший центр. И все имена, которые я назвал - имена людей высокого общественного долга! Надеюсь, что в ближайшее время мы там прооперируем больных.
 
- На Ваш взгляд, в Татарстане больше внимания уделяют здравоохранению?
 
- Я знаю, что дополнительно это все финансируется, и Минтимер Шарипович Шаймиев действительно уделяет большое внимание проблемам здравоохранения. Но все равно этого недостаточно. Общепринятая неправильная идеология в развитии здравоохранения сбивает с толку всех. Обязательное медицинское страхование должно покрывать все потребности граждан России, из года в год платящих налоги, в полноценной медицине. У нас этого нет. Вот вам будут делать операцию на сердце, страховая медицина затраты не покроет, покрывает почему-то министерство здравоохранения, которое дает квоту. Причем она выделяется не полностью, поскольку нет средств, чтобы ее закрыть. В общем, проблем много, думаю, на мою долю еще хватит дел в этой области.
 
- Какие качества в работе с годами Вы приобрели?
 
- За эти годы выработалась ответственность и память. Если ты профессионал, то никогда не выпустишь из головы пациента, прошедшего через твои руки, до выписки из больницы. Вот больной, я его прооперировал, прошло 8-9 дней, посмотрел - у него все в порядке. Я его выписал и забыл про него. Через три дня могу его даже не узнать. А люди, которым я когда-то помог и не знаю конечного результата лечения, все равно остаются в памяти. Эту информацию я всегда прокручиваю в голове, думаю о том, как они там. Поэтому всех тех, кому я помогаю, прошу отзвониться, чтобы беспокойные мысли о них ушли из моей головы. Вот это, наверное, приобретается с годами.
 
- Предложения остаться за границей были?
 
- Я периодически езжу туда оперировать. Остаться предлагали, но моя Родина - здесь. Это такая труднообъяснимая вещь.
- Между тем, улица одного из городов государства Маврикий носит Ваше имя.
 
- Это произошло 3-4 года назад. Правда, его трудно назвать городом, он расположен в провинции.
 
- А откуда у маврикийцев такое почтение к Вам?
 
- Начиная с 90-х годов, я там много оперирую. Делаю операции и быстренько уезжаю, потому что здесь пациенты ждут. Там работаю, как правило, во время отпуска.
 
- Вы оперируете и во время отдыха?!
 
- Конечно.
 
- Помните свою самую длинную операцию?
 
- Да. Солдат-строитель Абдулла Ишалиев из Каракалпакии. Ампутация обеих кистей поездом. Мы ему ручки пришили, он потом работал учетчиком на хлопке, то есть со счетами работал. Руки и пальцы хорошо функционировали. Операция шла 22 часа. За нее министр обороны Д.Язов подарил нашему отделению первый цветной телевизор и палех "Иван-дурак Жар-птицу ловит". Красивая очень штука, настоящая память. Долго со мной по кабинетам ездил, сейчас дома лежит.
 
- Российские пациенты чем-то отличаются от зарубежных?
 
- Наши пациенты проще и менее притязательны. Они просто не знают полностью своих прав, а ведь они у них есть. Я, думаю, наши больные лучше, мне они больше нравятся. Правда, маврикийцы примерно такие же (смеется).
 
- У Вас много наград. Какая из них наиболее памятна для Вас?
 
- Самая памятная - "Орден командора Перу". Это высший орден Перу, который я получил за работу, связанную с ликвидацией последствий землетрясения. Он памятен, во-первых, потому, что его получили все мои друзья, человек 20 врачей из нашего отряда, а во-вторых, потому что это самая высшая награда страны. Такой здоровенный орден, вешается только на шею.
 
Старший брат
 
- Ренат Сулейманович, какие качества Вы цените в людях?
 
- Обязательность. Если ты что-то пообещал, то должен сделать. Когда человек не выполняет своих обязательств, он тебя подводит кругом. Не люблю напоминать, что мне кто-то должен, считаю, что это на совести самого должника.
- А часто приходится разочаровываться в людях?
 
- К счастью, нет.
 
- Есть ли в Вашем доме место, куда Вы стремитесь после рабочего дня?
- У меня нет времени где-то прилечь, включить телевизор и засопеть. Я знаю, что дома меня всегда ждут. Вернувшись, я обязательно должен еще что-то сделать, залезть, например, в Интернет, поработать в саду.
 
- Вы же еще и на пианино играете.
 
- Да, я учился в музыкальной школе. От специального репертуара отошел давно, а когда-то играл эстраду, даже состоял в оркестре медицинского института. Сейчас редко подхожу к пианино. Ничего особенного не играю, могу только поимпровизировать.
 
- На кого и на что Вы в жизни опираетесь?
 
- Такие вопросы, наверное, в конце жизни можно себе задавать, когда совсем некуда идти. Ну, во-первых, на мою семью, все в ней меня понимают и поддерживают. Во-вторых, на весь мой коллектив, с которым я работаю. Это мои самые близкие люди. Ну, еще есть группа друзей, андижанских, узбекистанских, перуанский отряд, с которым я собираюсь ежегодно. Они всегда оказывают мне поддержку и делят со мной радостные минуты.
 
- Какие качества вы цените в вашем старшем брате - Расиме Сулеймановиче Акчурине?
 
- Я в нем ценю, прежде всего, старшего брата, который был всегда для меня примером. Никаких человеческих качеств, о которых можно было бы говорить в отрицательной форме, у него не знаю, хотя, может быть, я его идеализирую. Он всегда был моей поддержкой во всех трудностях. Это очень важно. Характер, философия жизни - это мне больше всего в нем нравится, и я это люблю. 
 
 
Беседовала Дина Аляутдинова,
пресс-центр Полпредства РТ в РФ.
Фото С.Абдрахманова
Последнее обновление: 11 сентября 2012, 16:26
Copyright © 2003-2017
Обнаружили ошибку? Выделите слово или предложение и нажмите CTRL+ENTER
Яндекс цитирования