Ринат САИТГАРЕЕВ: «Главное — человек будет жить!»

Имя кардиохирурга Рината Саитгареева хорошо известно в медицинских кругах нашей страны. Он успешно выполняет все виды операций на сердце, является руководителем отдела кардиохирургии, трансплантации сердца и легких, заведующим отделением коронарной хирургии и трансплантации сердца Федерального научного центра трансплантологии и искусственных органов им. В.И. Шумакова.

В декабре 2011 года он сделал две первые успешные пересадки сердца в Казани, в 2013 году – в Уфе.

В апреле Ринату Шакирьяновичу исполнилось 60 лет. В юбилейные дни он рассказал нам о проблемах донорской службы в России и врачебных буднях, вспомнил свои первые шаги в хирургии.

Досье

Ринат Шакирьянович Саитгареев — профессор, доктор медицинских наук, заслуженный врач России и Татарстана.

На сегодняшний день на счету Рината Шакирьяновича более 200 успешных трансплантаций сердца, всего в России подобных операций проведено более 500. В прошлом году в научном центре им. В.И. Шумакова было проведено 102 подобные операции.

В 2010 году Ринат Шакирьянович впервые в России выполнил две ретрансплантации сердца. На сегодняшний день уже 12 человек успешно перенесли эту непростую операцию и ходят с третьим по счету сердцем в грудной клетке.

С 1987 года Р.Ш. Саитгареев неоднократно выезжал в г. Казань в составе кардиохирургической бригады для выполнения сложных вмешательств на «открытом» сердце. При его непосредственном участии налажены тесные контакты по решению научных и методологических вопросов кардиохирургии между Федеральным научным центром трансплантологии и искусственных органов им. В.И. Шумакова и кардиохирургической службой Республики Татарстан. Бригады кардиохирургов, перфузиологов, анестезиологов и иммунологов Республики Татарстан проходят специализацию и обучение в ФНЦТ ИО в г. Москве.

В 2012 году Р.Ш. Саитгарееву присвоено звание «Почетный гражданин Казани».

Ринат Шакирьянович – член Клуба врачей, созданного в Москве при Полномочном представительстве РТ в РФ. Его председатель — академик РАН и РАМН, почётный член Академии наук РТ, руководитель отдела сердечно-сосудистой хирургии Российского кардиологического научно-производственного комплекса МЗ СР РФ Ренат Акчурин.

Ринат Шакирьянович, расскажите немного о себе. Где Вы родились, почему решили стать врачом?

Я родился в Уфе. С золотой медалью окончил специализированную школу с математическим уклоном. На выбор профессии повлияла жена моего старшего брата, она один из ведущих кардиологов Уфы. Благодаря ей, я проникся интересом к медицине. Особенно меня привлекала хирургия. Поэтому естественно, что после школы я поступил в Уфимский медицинский институт. С 4-го курса начал заниматься оперативной хирургией. После окончания учебы работал в уфимской шестой городской больнице, параллельно преподавал в Башмединституте.

Когда перебрались жить в Москву?

В столицу я переехал в 1982 году: поступил в ординатуру Научно-исследовательского института трансплантологии и искусственных органов. Потом защитил кандидатскую диссертацию, работал кардиохирургом, затем защитил докторскую диссертацию. В 1991 году прошел стажировку в Париже по пересадке сердца и легких и начал заниматься пересадкой сердца у нас.

Что можно сказать об уровне отечественной медицины в сравнении с зарубежной?

Конечно, за рубежом возможностей больше. Они ушли намного вперед. В свое время, когда весь мир начал заниматься трансплантацией сердца, очень затратной в материальном плане операцией, министр здравоохранения СССР Петровский запретил их в нашей стране. Соответственно, вслед за этим последовал приказ о невыделении денег на научные исследования в этом направлении. Поэтому первые успешные операции в нашей стране начались только в 1987 году. У нас хорошие результаты, есть пациенты, которые с пересаженным сердцем живут нормальной, полноценной жизнью больше 18 лет.

Помните ли Вы свою первую операцию?

Конечно, помню! Я тогда учился на пятом курсе. Мне помогал доцент Фарид Фатыхович Мухаммат-Рахимов. Это было ночью, во время дежурства, уже третья операция за одним операционным столом. Неожиданно Фарид Фатыхович говорит: “Ринат, вставай на место хирурга, я тебе буду помогать. Работаешь до первой ошибки”. Волновался я страшно. Когда операция закончилась, был ему безмерно благодарен: ведь я сделал первую самостоятельную операцию!

Считаю Фарида Фатыховича одним из главных моих учителей, он привил мне любовь к хирургии. Он показал, как нужно относиться к работе, к больным. Знаете, первым делом Фарид Фатыхович подарил мне свою старую пишущую машинку, которую его отец привез из Германии во время войны. Я тогда очень удивился: зачем хирургу пишущая машинка? Но он меня заверил: “Ты о ней еще вспомнишь!” И я действительно вспомнил о ней, когда переехал в Москву. Учась в ординатуре, набирал на ней кандидатские и докторские диссертации соискателей, и этим зарабатывал на жизнь, потому что ставка врача-ординатора была небольшой, а за каждую страничку напечатанного текста платили деньги.

Вспомните самую длинную и самую сложную операцию в Вашей практике?

Самые долгие операции, как правило, те, что сопряжены с осложнениями, возникающими в операционной. Каждая операция – это всегда большое напряжение и волнение. Приступая к работе, хирург, если он русский, говорит: “С Богом!”. А я всегда про себя шепчу “Бисмилля...”. Кстати, у меня было прозвище “сын муллы”, им меня наградили операционные сестры.

Когда мы апендоктомию делали не под наркозом, а под навокоином, перед операцией, особенно пожилым людям, я говорил: “Не волнуйтесь, начинайте читать молитву. Если не знаете, вспоминайте то, что слышали от родителей”. Во время операции я разговаривал с больными, расспрашивал об их жизни, работе, детях – отвлекал от происходящего. Это здорово помогало в работе, так как пациент расслаблялся и не напрягал органы брюшной полости.

Я считаю, что врач, в первую очередь, должен быть психологом. Об этом мне говорил и Рахимов: “Как только заходит к тебе новый больной, ты должен сразу оценить: кто он, что он, как вести с ним разговор”. К каждому пациенту нужно находить свой подход.

Какими еще качествами должен обладать врач, и можно ли их воспитать?

Врач должен быть ответственным и порядочным. Трудно сказать, можно ли эти качества воспитать. И очень важно желание, любовь к своему делу. Мне нравится моя профессия. Моя работа – мое хобби. Я днюю и ночую в клинике и получаю от своей профессии огромное удовольствие. Не от самого процесса оперирования, а от приятного ощущения после него, когда удается помочь человеку, облегчить его страдания. В такие моменты даже не чувствуется усталость. Главное – все получилось, и человек будет жить!

Случаются, безусловно, и осложнения, бывает, что больные умирают... Это тяжело переживается врачами.

Сколько операций в неделю Вы делаете?

Плановых - четыре-пять, не считая трансплантацию сердца. Операции по пересадке сердца – экстренные, они проходят, как правило, ночью. Допустим, нам звонят и говорят: есть потенциальный донор. Тут же включаются в работу наши службы: подыскивается пациент под этого донора, подходящий по группе крови, весу, возрасту, иммунологическим параметрам; функционалисты выезжают осматривать донора и т.д. Сейчас благодаря органам одного донора – сердцу, печени, поджелудочной железе, почкам – мы спасаем до четырех-пяти человек. Звучит, наверное, страшно, но, с другой стороны, наши пациенты ждут эти органы с надеждой на жизнь.

Сейчас во всем мире дефицит донорских органов, в листе ожидания на пересадку того или иного органа люди стоят от недели до нескольких лет. У нас были больные, которые жили в клинике в ожидании донора полтора-два года, так как мы не могли их снять с лекарственной терапии и выписать.

В Испании в решении этого вопроса помогла католическая церковь, которая в своих проповедях говорила о том, насколько важно донорство. Сегодня эта страна занимает первое место в мире по пересадкам сердца и печени. В России, к сожалению, подобной агитационной кампании никто не проводит. Например, в нашем листе ожидания на сегодняшний день 38-40 человек. Эта цифра постоянно меняется. Такие листы носит в кармане каждый хирург, потому что звонок на мобильный телефон о потенциальном доноре может застать его дома, в ресторане, в театре, на даче. Получив информацию, мы сразу сверяем его с нашим списком. Если донор по параметрам подходит одному из наших пациентов, просим срочно готовить больного, подключаем в работу отделение переливания крови и т.д.

Сколько времени обычно отводится на трансплантацию?

При трансплантации сердца не должно пройти дольше пяти часов между тем как изъяли сердце и пересадили, иначе возникают необратимые изменения в сердечной мышце. Для печени – до 12 часов. Для поджелудочной железы тоже не больше 5-6 часов. Чем быстрее орган пересадишь, тем раньше начнется кровоснабжение донорского органа и будет лучше результат.

Сколько лет вашему самому молодому и самому взрослому пациенту?

Самому взрослому было 74 года, но за рубежом есть пациенты и старше. Самому молодому – 18 лет. Это была девушка, родители которой обратились в Минздрав РФ с просьбой помочь с операцией за границей. Минздрав попросил наш институт дать заключение. В нашей стране нет детской трансплантологии, нет закона, разрешающего изымать детские органы. Но проект закона уже готов – жизнь заставляет, ведь есть дети, нуждающиеся в пересадке сердца. А по росту, по весу та девушка подходила к параметрам взрослого донора, и мы пересадили ей сердце. Она очень хорошо рисует – оставила в дар институту свои картины.

Какие чувства испытывают пациенты, зная, что в их груди бьется сердце другого человека? Они не делились с Вами своими ощущениями?

Большинство говорит, что все нормально, каких-то особых физиологических ощущений нет. А вот какие они испытывают в связи с этим чувства, эмоции – кто знает… Каждый переживает по-своему. Я знаю, что многие ставят в церквях свечки в память о донорах, подаривших им жизнь.